 МАТЕРИАЛЫ ГАЗЕТЫ
"ТРОИЦКИЙ ВЕСТНИК" СВЯТО-ТРОИЦКОЙ ЦЕРКВИ г.
ЛЮБЕРЦЫМатериалы
Пасхальных историко-литературных чтений.
Малаховка. Люберецкий район. 2002 г.:
РОЛЬ ЖЕНЩИНЫ В ПРАВОСЛАВНОЙ СЕМЬЕ. ВЗГЛЯДЫ СВЯТЫХ ОТЦОВ. ПОЗИЦИИ НЕКРАСОВА. Едва ли кто-нибудь будет оспаривать ту мысль, что в руках женщины находится огромное влияние на дела человечества и добрые и злые. Творцу не угодно было даровать ей власть, которая подчиняет слабого сильному и действует принудительно, но зато Он даровал ей влияние, которое покоряет и сильного слабому так, что сильный и не замечает этого и подчиняется слабому, не чувствуя стеснения своей свободы. Женское призвание - любовь. Этому призванию соответствует и то место, которое назначено ей Самим Богом. Место это не унизительное для женщины. Она не ниже мужчины, потому что она не только помощница мужу, она помощница “подобная ему” и при этом только условии равенства может оказать ему помощь, в которой он нуждается. Однако же место это второстепенное, зависимое: жена создана после мужа, создана для мужа. Как взятая от него, она “кость от кости его, плоть от плоти его” (Быт. 2, 21) и столь тесно соединена с ним, что он не может унизить ее, не унижая самого себя. Жена призвана любить мужа, как Церковь любит Христа, и по силе этой любви подчиняться мужу, как Церковь Христу, потому что царство благодати есть царство любви, а не рабского страха. Положение жены - положение существа любящего и преданного. Такое положение назначено ей Самим Богом (Еф. 5, 22-24, 33; 1 Пет. З, 1-6). Если же такое положение жены есть закон божественный, то при нем только возможно для нее выполнение своего назначения, возможно счастье жизни семейной. В чем же состоит деятельность женщины? Своим благоразумием, своей нежностью, распорядительностью по хозяйству, попечением о детях она должна сделать свой дом святилищем порядка, мира, счастья, где бы муж после своих занятий вне дома мог найти для себя покой и развлечение, где бы он находил столько добра, чтобы ему на мысль не приходило искать в другом месте успокоения от трудов, восстановления утомленных сил души, где бы он находил добрый свет, который бы следовал за ним и в общественной деятельности и незаметно для него самого умерял его страсти и увлечения, направлял его на доброе и светлое. По отношению к ребенку мать-христианка занимает место не низшее и не равное, как супруга она занимает место высшее, однако ни это самое превосходство не освобождает ее от самоотвержения, требуемого назначением женщины. “Не добро быть дитяти одному”, - и Бог даровал ребенку любовь матери. Дороги сердцу ее заботы о физическом здоровье дитя. С ревностью, самоотвержением она питает его собственной своей жизнью и тем продолжает свое великое право даровать ему жизнь, исключая самые крайние обстоятельства. Она не решается лишить своего ребенка тех сокровищ, которыми природа обогатила ее через этого малютку, и, именно для него, она и сама не лишит себя счастья быть безраздельно его матерью. Еще более дороги ее сердцу заботы о нравственном его воспитании, права на которые никто не может отнять у нее. Та невыразимая радость, с какой мать берет на руки своего новорожденного, не похожа ли на радость Евы, назвавшей своего первенца Каином, т. е. приобретением, т. к. она стяжала человека Богом (Быт. 4, 1)?! Или не есть ли это та радость, которая выражена в словах Спасителя: “женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее; но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости потому, что родился человек в мир” (Ин. 16. 21). Быть матерью - это служение, а первое условие верного служения есть бескорыстие. Что будет отроча сие? (Лк. 1, 66) - спрашивают земля, небо и ад, склонившись над колыбелью этого слабого творения. Ответ на это зависит во многом от воспитания, а воспитание от матери. От начала воспитания зависит многое: в направлении данному ребенку в первые годы его жизни, скрывается зародыш будущей его деятельности. Домашнее, семейное воспитание, конечно же, предпочтительнее общественного, оно может проникать во все извилины души ребенка, тем более что оно сосредоточено в руках матери”. Таково мнение протоиерея Димитрия Соколова о роли женщины в православной семье. На этот счет также существует много мнений, вот, например, отрывки из дневника Государыни Императрицы Александры Феодоровны Романовой: “Есть нечто святое и вызывающее почти благоговейный страх в том, что жена, вступившая в брак, сосредотачивает все свои интересы на том, кого она берет себе в мужья. Она оставляет дом своего детства, мать и отца, разрывает все нити, которые ее связывают с прошлой жизнью. Она оставляет те развлечения, к которым раньше привыкла. Она смотрит в лицо того, кто попросил ее стать его женой, и с дрожащим сердцем, но и со спокойным доверием вручает ему свою жизнь. И муж с радостью чувствует это доверие. Это на всю жизнь составляет счастье человеческого сердца, способного и на несказанную радость, и на неизмеримые страдания. Жена в полном смысле слова все отдает своему мужу. Для любого мужчины это торжественный момент - принять ответственность за молодую, хрупкую, нежную жизнь, которая доверилась ему, и лелеять ее, защищать, оберегать, пока смерть не вырвет у него из рук его сокровище или не поразит его самого”. Примерно такое же мнение имеет и святитель Филарет. “На тесную и неразрывную любовь супругов, повиновение жены мужу указывает образ создания первой жены и ее назначение”. “Жена созидается из ребра человека для того: а) дабы жена всегда была близка к сердцу мужа, б) дабы она естественно расположена была к послушанию и покорности ему, будучи его как бы частию, в) дабы облегчить взаимное сообщение мыслей, чувствований, совершенств и сделать род человеческий единым телом”, “и чтобы потому человеки естественно склонны были любить и беречь друг друга”. “Жена в Совете Божием называется помощником мужа (Быт. 2, 18), сим показывается ее назначение вспомоществовать ему: а) в рождении и воспитать детей; б) во всех нуждах, относящихся ко временной жизни”. Жена называется “помощником подобным ему, т.е. мужу, в ознаменовании: а) одинакового с ним естества, б) ближайшего ему служения (1 Кор. 11,9), всегдашнего с ним собеседования и неразлучного сожития”. Древний, опытный, царственный мудрец изображает доблестную жену следующими чертами, достойные вашему подражанию. Вкуси, яко добро есть делати (Притч. 31, 18). “То есть не жаждет она забав. Не угасает светильник ее всю нощь, т.е. не предается она мрачному и долгому сну, а занимается полезным делом. Сугуба одеяния сотвори мужу своему, от виссона же и порфиры себе одеяния. Уста свои открывает с мудростью, и кроткие наставления на языке ее”. “Отцу и матери нужен ли подвиг, чтобы любить свое дитя? Младенцу ли надобно учиться любить отца и мать? Если же в сей любви все делает природа, без подвига и почти без ведома человека, где тут достоинство добродетели? Это просто естественное чувство, которое и в бессловесных примечаем. Нелюбление родителей или детей есть глубоко низкий порок; но любовь к родителям и детям не есть еще высокая добродетель, кроме особенных случаев, когда ее возвышает соединенная с нею самоотвержение и самопожертвование. Чувствительное и любящее сердце надобно возвысить от любви естественной к духовной, чтобы не погрязло в одной естественной любви”. Каждой жене следует знать, что, когда она в растерянности или в затруднении, в любви своего мужа она всегда найдет безопасный и тихий приют. Ей следует знать, что он ее поймет, будет обращаться с ней очень деликатно, употребит силу, чтобы ее защитить. Ей никогда не следует сомневаться в том, что во всех ее затруднениях он ей посочувствует. Надо, чтобы она никогда не боялась встретить холодность или укор, когда придет искать защиту. В начале XVIII века большинство русских писателей стали отходить от идеалов и обычаев Святой Руси, также изменялись взгляды на многие традиционные представления, в том числе на роль женщины в общественной и семейной жизни. Во второй половине XIX века появляется идея “эмансипации” - мнение, что женщина в семье закрепощена, что ее подчинение мужу - несправедливо, что ограниченность ее призвания семьей и детьми обедняет ее жизнь и что, соответственно, нужно бороться за равенство и права женщины. Н. А. Некрасов (1821-1877) - один из самых известных поэтов второй половины XIX века. Во многих его произведениях проявляется интерес к “женской” теме. В чем же видел поэт предназначение женщины, как понимал ее счастье? Этот вывод можно сделать после прочтения некоторых его произведений. Вот, например отрывок из поэмы “Мать”: “Позорный плен, весь ужас женской доли, Из этого отрывка видно, что Некрасов считает женскую долю, ужасной и мучительной, а жизнь ее в семье - позорным пленом. Целью же жизни (неосуществленной) называет он “борьбу” - борьбу за что и против чего? Может быть против “доли” - воли Божией и против “плена” семьи? Характерно в этом отношении стихотворение Н. А. Некрасова “Тройка”: “Взгляд один чернобровой дикарки, “Поживешь и попразднуешь вволю, Из этого отрывка можно сделать вывод, что, по мнению Некрасова, легкая и распутная жизнь женщины, которая “Старика разорит на подарки, в сердце юноши кинет любовь”, намного лучше, чем жизнь, к которой призывают Святые Отцы. “Будешь нянчить, работать...” - это, по мнению поэта, жизнь “бесполезная”: “Бесполезно угасшую силу”. А в другом своем стихотворении “В полном разгаре страда деревенская...” Н. Некрасов показывает все тяготы деревенской женской жизни. “В полном разгаре страда деревенская... Здесь автор рассказывает нам опять о том, что женская доля самая трудная на Земле. И, что женщина, которая постоянно пребывает в труде, преждевременно теряет свою красоту. “Приподнимая косулю тяжелую, А в этом отрывке Некрасов показывает нам, как тяжело живется русской женщине. Мало того, что она выполняет тяжелую мужскую работу, так она еще взяла с собой своего маленького ребенка! И вот бедная русская баба работает, не покладая рук, и мечется от работы к своему ребенку, которого, судя по всему, не с кем было оставить дома. Может быть, в этой семье не было бабушки или дедушки, которые обычно оставались дома с малышами всей большой семьи? Редкий случай. Но, конечно, бывали и такие. И этой “бабоньке” трудно не посочувствовать. Но в произведениях Н. А. Некрасова есть и другие картины, которые показывают и красоту женской доли. Вот, например, отрывок из поэмы “Мороз, красный нос”: “В ней ясно и крепко сознанье, Здесь нарисована картина человеческого счастья: дом - полная чаша, труд - утешение, здоровая и крепкая семья. Итак, мы видим, что понимание Некрасовым женского предназначения противоречиво. Как революционер-демократ, пропагандист, поэт высказывает взгляды, не совпадающие с мнением Церкви и Святых Отцов. Но впитавший в себя народную христианскую культуру, Некрасов, честный художник, рисует картину семейного счастья в духе православия, согласно со святоотеческой позицией. Ольга Тюкавкина ТЕМА РАСКАЯВШЕГОСЯ ГРЕШНИКА В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ, В РУССКИХ ДУХОВНЫХ СТИХАХ. Тема раскаявшегося грешника находит очень широкое распространение в русской литературе и в русских духовных стихах. Существует множество произведений, в которых затрагивается эта тема. Так в 1855 году знаменитый поэт Н. А. Некрасов пишет стихотворение "Влас", в котором он изображает такого человека. Позже, в поэме "Кому на Руси жить хорошо" (1865-1877 гг.), он тоже пишет о раскаявшемся грешнике, а именно об атамане Кудеяре, который, бросив свою компанию, уходит в монастырь, правда потом его история разворачивается очень неожиданно. У менее известного в наше время поэта Аполлона Коринфского есть "Сказ о некоем старце и разбойниках", в котором некий старец своим смирением приводит целую ватагу безжалостных разбойников к покаянию. Кроме литературных произведений есть исторические факты, история Оптиной пустыни тому пример, эта история во многом похожа на предание Аполлона Коринфского, но является достаточно достоверной. Среди огромного числа духовных стихов, которые так любили слушать русские люди, немалое место занимают песни, в которых изображены житийные образы покаявшихся грешников, таких как Мария Магдалина или Мария Египетская. Взяв за основу вышеназванные произведения, попробуем провести анализ этой темы, как описывается понятие "раскаявшийся грешник" людьми, как описывается это понятие отцами церкви, похожи ли эти описания или нет, если не похожи, то в чем заключается различие. Но прежде, чем начать разбирать произведения, нужно иметь определение греха. Вот как определяет “грех” Тихон Задонский: “Всякое слово, дело и помышление, закону Божию противное, есть грех. Грех есть все, что против закона Божия. Грех есть гнев, ярость и злоба; грех есть гордость, высокоумие, надменность, кичение и презрение ближнего; грех есть клевета и осуждение; грех есть срамословие, сквернословие, буесловие, кощунство и всякое гнилое слово; грех есть ложь, хитрость, лукавство и лицемерие; грех есть пиянство, обжорство и всякое невоздержание; грех есть воровство, хищение, грабление, насилие, и всякое неправедное чужого добра присвоение; грех есть прелюбодеяние, любодеяние и всякая нечистота. Словом: всякое законопреступление грех и есть, и есть зло вредительнейшее паче всякого зла, которое как-нибудь телу нашему и вредит. Ибо сие тело только наше повреждает, а грех и тело и душу вредит и умерщвляет”. Выше сказано, чего нельзя делать, что является грехом. Это какие-то поступки, которые вредят либо физически, либо морально другим людям, но кроме этого грехи вредят душе, а как следствие - и телу. Но, кроме того, что не надо делать плохие дела, надо совершат добрые поступки, ведь без добрых дел душе невозможно жить, для души добрые дела, как пища для тела ведь Бог повелел: "уклонися от зла, и сотвори благо" (Пс. 33, 15). Об этом сказано в той же "Симфонии по творениям святителя Тихона Задонского: “Грех есть как делание запрещенного дела, так и уклонение от повеленного. Грех есть как то, что законом Божиим запрещенное делается, так и тое, что законом Божиим повеленное оставляется. Грешно убивать, но грешно и бедствующему, например утопающему в воде и проч., руку помощи не подавать. Ибо Бог в законе Своем повелел как уклоняться от зла, так и творить благое: "уклонися от зла, и сотвори благо", (Пс. 33, 15); и как сказал "не укради", так повелел: "просящему у тебя дай" (Мф. 5, 42). Откуду казнь от Бога определена не токмо за злые дела, но и за оставление добрых дел, яко же написано: "всякое дерево, не творящее плода добра, посекается и в огонь вметается" (Лк. 3, 9); и в огонь вечный отсылает Господь не сотворивших дел милости, как читаем у Матфея святаго в главе 25-й, где образ Суда Христова представляется. Сего ради как зло делать, так и добра не делать грех есть. Как бо творение зла, так и оставление добра противу Закона Божия бывает запрещающаго зло и повелевающего добро. Про раскаявшегося грешника или про человека, который избежал греха в духовных сочинениях написано очень много, например, в "Симфонии по творениям святителя Тихона Задонского" есть очень точное описание, человека, избежавшего греха или переставшего грешить: "Якоже изшедший из темницы: так и оставивший нечестивое и безбожное житие и находящийся в истинном покаянии. Ибо и сей в безбожном житии, как в темнице, был; и грехами и беззакониями, как узлами связан был, и немогл свободно ходить. Якоже свободившийся от плена: тако избегший и освободившийся от греховного и нечистаго жития и свободным духом работающий Господеви. Человек, избежавший греха, сравнивается с человеком, освободившимся из темницы или с человеком, который был опутан веревками, ведь грех на самом деле опутывает так, что выбраться из греховной темницы очень сложно, обычно это возможно только либо после вразумления от Бога, либо с помощью какого-либо праведного или просто хорошего человека. Но все-таки человек, избежавший греха или переставший грешить, это еще не раскаявшийся грешник, а раскаявшийся грешник - это человек, который осознал свою греховность и покаялся в этом. О таких людях также говорится в духовных стихах (например, стихотворное переложение покаянного подвига прп. Марии Египетской), где можно найти верное и точное описание понятия "раскаявшегося грешника", которое будет совпадать с мнением народа. Святая жена тридцать лет искупает свои грехи в пустыне: "Я тридцать лет во пустыне живу, Господь за труды и ее аскетические подвиги дарует святой великую меру покаяния: уже в земном бытии она становится подобна ангелу: "А и тут жена просветилася, Конечно, человек неверующий, а точнее, нехристианин не обязательно будет говорить о том, что этому раскаявшемуся грешнику нужно молиться и уходить в монастырь, но, скорее всего, он будет говорить о покаянии перед обществом, к примеру, можно привести слова Сони из "Преступления и наказания": "Поди на перекресток, поклонись народу, поцелуй землю, потому что ты и перед ней согрешил, и скажи всему миру вслух: "Я убийца". Что, в общем-то, является важной частью покаяния и в понимании церковном. В предании, литературно обработанном Аполлоном Коринфским, покаявшиеся разбойники, создав обитель, во-первых, служат примером для других, а во-вторых, любая обитель всегда является прибежищем для бедных и убогих. То есть получается результат благой, даже если его с точки зрения неверующего человека. Прообразом этой истории могло быть предание об основании Оптиной Пустыни: ее основал покаявшийся разбойник Опта, у которого до этого на этом месте было "разбойничье убежище". В предании Аполлона Коринфского "О некоем старце и разбойниках" говорится о том, что разбойники тоже могут прийти к Богу, а ведь разбойники - это самые отъявленные грешники, которым, казалось бы, уже невозможно покаяться. Но смирение и подвиг старца затрагивают самые дальние уголки разбойничьей души, где еще сохранилась совесть и какие-то человеческие чувства. "На земле плашмя лежит, слезами Атаман, увидев молящегося о них старца, понимает, что тот берет на себя их грехи, и это в итоге приводит сначала атамана, а потом и остальных разбойников к покаянию: "Туча-тучей дума затемнела "...Точно ветром всех к нему шатнуло, Так, даже самые отпетые разбойники пришли к Богу и создали обитель. "Процвела в лесной глуши обитель, Это показывает, что любой самый страшный грешник при истинном (искреннем) желании может покаяться и получить отпущение своих грехов. Тема раскаявшегося грешника затрагивается и у Некрасова, в некоторых его произведениях, ("Влас", "Кому на Руси жить хорошо" и др.) Не в каждом из них понимание "раскаявшегося грешника" совпадает у поэта с позицией святых отцов. Во "Власе" оно совпадает, а в "Кому на Руси жить хорошо" - нет. Это связано с противоречивостью взглядов Некрасова, в душе которого боролись революционные идеи с христианскими чувствами и понятиями. В произведении "Влас" главный герой раньше был грешником: "Говорят, великим грешником Но после продолжительной болезни, вразумившей его, он кается, и дает зарок построить храм Божий: "Только пуще все неможется А под конец и вовсе принимает на себя подвиг странничества: "Роздал Влас свое имение, Еще одним произведением Некрасова, в котором он затрагивает тему "раскаявшегося грешника" является поэма "Кому на Руси жить хорошо" где поэт выписывает образы праведников, первый раз - это описание "Савелия богатыря святорусского", его жизнь нам рассказывает крестьянка - Матрена Тимофеевна, которой Савелий приходится родственником. История Савелия начинается с описания его внешности, которая очень подходит к описанию нераскаявшегося грешника или не совсем раскаявшегося грешника: "С большущей сивой гривою, Грех Савелия заключался в том, что он: "...в землю немца Фогеля А потом, когда ему поручили следить за Демой (его внучком), он заснул, и Дему съели свиньи. Возможно, то, что Савелий не смог уследить за внуком, является Божьим наказанием за то, что он загубил Фогеля и не покаялся в этом. Даже сам Савелий говорит: "И я же по грехам моим, В этом проступке Савелий раскаивается и даже почти уходит в отшельники: "...Он в своей каморочке А в том, что он Христьяна Христианыча закопал заживо, он не кается. И Некрасов даже выставляет этот поступок как его (Савелия) заслугу, ведь, по сути, этот немец Фогель использовал крестьян как личных рабочих и с помощью них проложил дорогу к деревне, по которой к крестьянам стал приезжать их помещик Шалашников, начавший собирать с них оброк, а тех, кто не платит строго наказывать. Но все-таки никакого человека, ни за какие его плохие поступки и качества нельзя убивать, ведь убийство - это самый страшный грех. Кроме Савелия в поэме "Кому на Руси жить хорошо" есть еще один грешник - это Кудеяр - атаман. Здесь приведена искаженная версия предания об атамане, который раскаялся и ушел в монастырь, где и замаливал свои грехи. У Некрасова же история совпадает только наполовину, далее идут авторские изменения. Например, Некрасов вводит необычный эпизод, где кающемуся Кудеяру для получения отпущения грехов необходимо спилить своим разбойничьим ножом огромный дуб: "Не без Божьего Промысла который в реальности человеку за всю жизнь спилить практически невозможно. Но атаман берется за это дело и начинает день и ночь подтачивать дуб: "Режет упругое дерево, Наверное, атаман ни за что бы не успел спилить дерево до конца своей жизни, но к нему приезжает пан Глуховский, который сам великий грешник, но он и не думает раскаиваться, и тогда в Кудеяре поднимается "праведный" гнев, и он бросается к пану и вонзает тому свой бывший разбойничий нож в сердце: "Чудо с отшельником сталося: Тут же падает вековой дуб, и с атамана снимаются все грехи, за то, что он убил другого грешника: "Рухнуло дерево, скатилося Такое отношение Некрасова к убийству негодяя раскрывает его отношение к греху и к грешнику. Это показывает его революционно - освободительные взгляды, он против крепостничества и любой, кто плохо относится к крестьянам, достоин, по его мнению, если не смерти, то, как минимум, лишения каких-то прав в обществе. И поэтому убийство такого негодяя не только не считается преступлением (история Савелия), но за это можно получить и отпущение грехов! Исходя из этого, можно сделать вывод, что понятие греха и грешника у святых отцов, в фольклоре и в лирике Некрасова не совпадает. У святых отцов и в фольклоре - это честное, христианское понимание, у Некрасова же - противоречивое: то подлинно православное ("Влас"), то испорченное революционно-демократическими идеями. И в заключение можно сказать, что раскаявшимся грешником можно считать человека только после искреннего, чистосердечного покаяния, а не после простых слов о раскаянии. Роман Абдурахманов. 10 класс Список литературы:
|
